russianmemory.ru Историк-генеалог Семёнов Виталий (ouranopolis) wrote,
russianmemory.ru Историк-генеалог Семёнов Виталий
ouranopolis

Архивы Украины, итоги 2014 года

Поговорил в Ростове (!)  с коллегой, который пожелал остаться неизвестным и которого я давно знаю, по договору с ним, записывали беседу и сегодня я расшифровал некоторые фрагменты:

Х :- Слушай, скажи честно, тебе когда-нибудь говорили, что если бы ты молча занимался бизнесом, то зарабатывал бы гораздо больше?

ВВС-
А я вообще не бизнесом занимаюсь. Я занимаюсь самофинансируемой общественной деятельностью.Это я в 2009 году хотел бизнесом заниматься, такой наивный был.  А потом я быстро понял, что либо ты делаешь что-то не в полную силу, либо становишься общественным деятелем "до кучи". В России точно так. Помню еще разговаривал со своим другом в 2010-м, и он бесился и говорил, " Я хочу заниматься ТОЛЬКО бизнесом", а я говорил, "Чувак, если ты выберешь этот путь, то тебя рано или поздно запихнут в такую щель, что ты будешь думать только о бабле" В России так нельзя. Так и вышло. А я выбрал другой путь. И выбора не было.

Х- А можно тут поподробнее?

Конечно, к 2010-м уже давно были различные комитеты в Москве а-ля "Спаси себя сам". Архнадзор, например, как ответ на уничтожение старой Москвы. А архивная сфера была "бесхозной". Ну, про ЦАМО Рамазашвили писал, были различные конфликты на поле борьбы за доступ к архивам ФСБ, но не было широкого понимания того, как рядовому исследователю бороться за свои права, что с архивами можно судиться, не было понимания того, что архивы - это наше. Я это увидел изнутри. Знаешь, что меня больше всего бесило? Вот этот вот загадочный взгляд архивного начальства, мол, "так у них все сложно, человеку с улицы не понять".  Начинаешь разбираться, оказывается, причина в совершенно конкретной, предельно конкретной вещи, которую кто-то не хочет, не может, не имеет времени, денег, желания делать по другому. И это не имеет  никакого отношения к нарушению закона. Это просто инерция сознания, понимаешь? Катастрофическое нежелание, страх, показать, сказать, ребята, у нас тут проблемка, как бы нам ее решить.
Вот отсюда и пошла слава, что Семёнов - это скандалист. Но это можно было сделать только так! Архивисты очень любят говорить, что они бедные, несчастные, денег им никто не платит, сидят в неотапливаемых зданиях, но давайте посмотрим их круг общения, коммуникации. Это коллегии, куда внешних людей не пускают, вот сидят они там, что-то обсуждают, все это фунциклирует по замкнутому кругу: все эти директора Саратовского архива, которые разрезают метрические книги на съемки программы о генеалогии певицы Валерии, и панический страх, что это вылезет. Просто панический. И эти же люди, которые потом идут преподавать. Вот это надо было разорвать силой. Показать, что архив- публичное заведение. Показать, что многое из того, что мы делаем - оно заложено даже архитектурой архивного здания. Ведь, как в СССР строили типичное архивное здание, даже если сравнить с библиотекой? Там не планировался большой читальный зал, а выставочное пространство не планировалось вообще, а без этого сейчас архив, как учреждение, просто не может. У меня большие надежды на мой курс лекций в РГГУ в январе-феврале 2015-го, я на него многое ставлю. Это первая ласточка.

. Есть проблемы архивов, но если ты не в пиаре, не в общественном поле, не можешь про это заявить, то никто про тебя не знает, тебя ставят на 147 место! Архив разваливается, приходят журналисты, а им на встречу этакая серая мышаня или советская тетка, которая на своем волапюке объясняет, почему когда архив разваливается - это плохо. Журналист зевает и в эфир это не пускает. Есть исключения, но в основном, это так. Архиву нужны хорошие пиарщики. В этом и был замысел, взрывать информационное поле, но так, чтобы помогать архиву.

- А есть в Украине кто это хорошо делает?

Лилия Белоусова это хорошо делает в Одессе, есть ещё пара архивов, но в основном нет, не умеют.


"Архиву нужны хорошие пиарщики. В этом и был замысел, взрывать информационное поле, но так, чтобы помогать архиву".

- Вернемся к Украине. По тебе лично эта ситуация ударила?

Ударила очень сильно. Почти готово было слияние базы Киевского музея ВОВ и ОБД-Мемориал,Юрий  Легун (ДА Винницкой области) был готов оцифровать задустованные фонды, были интересные мысли с Хмельницким архивом как ускорить реставрацию Каменец-Подольских фондов, -все коту под хвост!! Но,главное, это то, что разрушена двухсторонняя связь. При Гинзбург было как? Украинцы кривились, что москали лезут во все дыры, но никогда не было такого, что просто игнорили. Отвечали всегда. Ответили и по ситуации с ДАДО, и по Чернигову. К Гинзбург можно было прийти и поговорить. И она смотрела на тебя так хитро-хитро, но ответы всегда давала.
А новая ситуация... для меня лакмусом стала Винница. Юрий Легун - директор ДА Винницкой области. Он профессиональный историк. И было уже все готово - они сдвинули все "задустовки" в отдельную комнату и вот-вот должна была начаться работа. И тут, ра-а-а-з, как отрубило!  Игнор! На связь не выходим. Это как раз после Крыма. И я точно знаю, кто такой Юрий Легун - он профи, историк, умный человек. Почему он не выходит на связь? Потому что боится. Потому что мой паспорт вышел на первое место,  потому что он в Виннице,  где к нему придет какой-нибудь герой АТО с пробитой головой и спросит "Легун, а чё у тебя там какой-то москаль что-то фотографирует". И Легун, как умный человек, решил - нафиг-нафиг.

И он не одинок. Я не получил в этом году из Киева НИ ОДНОГО ответа по проблемам архивов. Понимаешь?? Потому что сегодня люди думают: отвечу я москалю, а завтра с меня спросят. Где-то люди бояться, а где-то просто используют ситуацию для того, чтобы не отвечать на неудобные вопросы.


Потому что мой паспорт вышел на первое место,  потому что он в Виннице,  к нему придет какой-нибудь герой АТО с пробитой головой и спросит "Легун, а чё у тебя там какой-то москаль что-то фотографирует". И Легун, как умный человек, решил - нафиг-нафиг.


Х- А ты не боишься, что ты просто так допечёшь местных, что Кисель закроет тебе доступ к НАФу?

У Держархива сейчас полно других проблем.Семёнов может орать сколько угодно, но он а) москаль,а значит, по нынешней ситуации, его можно не слушать, а во вторых,  у него нет никакой державной посади. Держархив испытывает большие финансовые сложности, есть и внутренее напряжение очень большое по поводу того, что идет от Игоря Кулика и Владимира Вятровича.

Никто точно не знает, но, вроде как, мысль в том чтобы  из всех региональных Держархивов дела НКВД-КГБ, МВД, да и много чего и перевести это на баланс некоего единого "Архива нац.памяти". А где это будет храниться? Вот вам и вопрос о недвижимости! И у Игоря Кулика огромный запас задора и карьеризма, и, главное, он на державной посаде, с Луцка и был на Майдане! Он в тандеме с Вятровичем. На этом фоне Держархив, который тонет в  социально-правовых запросов, смотрится блеко. Опять же, конкретно и точно никакого "наката" нет, но неизвестность только нервирует.

Это видно даже по риторике: сначала Игорб Кулик вроде как-то стеснялся, но сейчас достаточно прочитать его ФБ: сайт Держархива не обновляется и Кулик пишет- закрыть. А почему вы это пишете? Держархив, это Минюст, а вы - СБУ. Или, например, идея считать кол-во дел в километрах, а не в единицах збережения? Мол, тут вы все совки, а я один такiй свiдомий и освиченний. И это только звоночки. Игорь Кулик ведёт себя как лидер мнения по вопросу ВООБЩЕ ВСЕХ украинских архивов. И по поводу этого в Держарихе сильно напряжены.
У него есть все эти яркие идеи  - Центра национальной памяти, нового Арлингтона, а у Держархива их нет, и его легко критиковать, сделали они выставку, посвящённую какму-нибудь заводу - почему такая "ватная" выставка? Почему нельзя выставку про визвольный рух? Но не могут все архивы Украины делать выставки про Майдан и визвольный рух. Понимаешь, Держархив  ограничен в движении, отяжелен. Ему нужен защитник с задором и заслугами перед режимом не меньшим, чем у Кулика. А его нет.. И это обидно.

Х- Как тебе, кстати, Кулик по своей деятельности?


Документы, которые он рассекречивает очень интересны, но ты видь за деревьями лес. Между архивом ФСБ и архивом СБУ нет никакой разницы.  Все они показывают, высветляют те материалы, которые здесь и сейчас нужны гос.аппарату. И Кулик делает это гениально: открывает одно, и не открывает другое: Волынскую резню, преступления ОУН-УПА. Это делают за него в Москве. В этом плане, каждый занимается своим делом.
Философски мы отличаемся с ним очень серьезно, я считаю, что открывать надо вообще все, надо сохранять все источники информации, даже если они анти-российские, анти-украинские, какие угодно. У меня подход историка, и я ставлю это на первое место.  У Кулика подход функционера, и функционера талантливого, амбициозного. И украинского националиста. Так он и действует.

Между архивом ФСБ и архивом СБУ нет никакой разницы.

Про украинскую генеалогию давай поговорим. Стали ли тебе меньше заказывать украинцы? Будут ли вообще люди заказывать сейчас исследования?

- Сейчас выживут те, кто поймут, что генеалогия стала недорогой. Примерно мой параметр цен - простой поиск по ЦАМО 20 000 рублей, 100 лет по России до Урала - 40 000-50 000 рублей за 100 лет, столько же по Украине. Не знаю, какое будущее ждёт генеалогические фирмы, наверное, у кого хороший пакет знакомств, клиентуры, back-side бизнес, то удержится. В общем, это не первый кризис.
Будет достаточно сложно сохранить старую норму прибыли и качества. У меня, например, идет 70 заказов в год, полностью раскрытых - 55%, частично 22.5% и нераскрытых 22.5%, общий процент раскрытости считается, когда ты делишь частично раскрытые пополам и прибавляешь половину к числу раскрытых дел. Так вот, процент раскрытости хороший- это 65%, можно дотянуть до его до 70%, но это уже не бизнес, а Джек Николсон в фильме Pledge - одержимость. Так вот, процент раскрываемости в этом году упал на 7%, до 58%, и в этом году дай  Бог, если его удастся вернуть до 60%. В общем, в 2015 году будем работать на малой марже, если хотим все это сохранить.

Если же говорить про то, как поменялся генеалогический рынок, то из поля исследования выбыла Донецкая, Луганская и Харьковская область - а это большой кусок.  В Харьковской области архив работает, но там идет прием фондов, низкое финансирование, выдают одно дело за 2 недели,  море проблем, и реально там делать исследование только тому, кто там живет, я думаю, или как-то договариваться. Положение финансовые очень серьезное. Это и раньше был проблемный архив, и проблем стало только больше.
В "тучные" годы в Украине произошел бум генеалогических фирм, центр "Пращур", есть львовские ребята талантливые. Постепенно все больше украинцев заказывают им. Новое веяние, - активное нашествие украинских генеалогов на российские архивы. То, что было на Украине лет 5-6 назад, когда от Харькова до Ужгорода можно было войти в читальный зал и встретить земляка, сейчас ровно наоборот.
Пока одни делят мир на ватников-сепаратистов и укропов, другие "подрубили фишку", взяли в зубы паспорт и осваивают российские архивы. И они победят. Ведь, есть и будут люди, которые заказывают исследование тем, кто ближе, а ни одну украинскую генеалогию по уму нельзя сделать только в украинских архивах. Тоже самое, как россияне предпочитают заказывать исследования, в основном, россиянам - так надежне, есть с кого спросить. Так что эти два потока не конкурентны друг другу.

- Ну и все эти дела с Луганским архивом, они только же вредят бизнесу?

Для меня сейчас бизнес не на первом месте. Я же говорю, я действую в логике общественной инициативы, активиста. Меня не греет мысль стать генеалогическим монополистом, меня греет мысль читать через 2-3 года лекции в МГУ, Гарварде и Сорбоне по сегодняшним  РЕАЛЬНЫМ проблема архивов и доступа к ним. Так что отвечу тебе так: с точки зрения бизнеса да, эти действия нелогичны и вредны. Но с точки зрения того, куда я стремлюсь -я не могу поступать иначе.
Tags: Рефлексия бизнеса, Украина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments