July 31st, 2012

Летняя школа Русского репортера-2012

Я сижу в помещении сельской школы, рядом со мной пара  пытается разыграть дуэт на балалайке с гитарой, за окном, солнце, жара и стрекот кузнечиков. На столах – бесконечное количество бутылок с минералкой, рядом с розеткой подключенный пилот  на 10 разъемов с заряжающимися ноутбуками, мобильниками.

За школой, которая населена во всех своих углах – поле с полевой кухней, столами для пинг-понга, армейскими брезентухами  в которых оборудованы душевые, а за ними – вплоть до деревни Ямники – бесконечное палаточное поле палаток на 100.

Деревня Ручки наполовину жива, наполовину мертва – в той части, которая ближе к школе, она безусловно жива, там 3 магазина, жилые дома, однако все производственные мощности самой деревни – колхозные сараи, несколько двухэтажных зданий в центре деревни и памятник ушедшим на фронт, заброшены.

Заброшенный, неухоженный памятик погибшим на фронет, яркий показатель того, что деревня скорее мертва, чем жива.

Ямники – последняя русская деревня, если ехать дальше по грейдеру из Максатихи, то дальше будет село Загородье, когда-то карельское, а сейчас – почти полностью дачное. После получасовых поисков мы нашли там только одного старика, который еще помнит карельский. Тем не менее Загородье, поскольку оно находится на красивой древней реке Мологе, полностью застроено дачниками, москвичами и питерцами – вообще интересно, что даже в 300 км от Москвы и Питера  деревни, которые находятся на реках,у большой воды,  не умирают полностью, а застраиваются дачниками.

Школа Русского репортера вызывает у меня, с одной стороны, печаль, потому что это то, чем могла бы стать, но никогда уже не станет Киношкола Будучи основана на месте летней школы "Иccледователь" которая проходила там с 90-ых, школе удалось каким-то образом не пойти по пути местечковости, а стать местом, которое интересно очень многим - география тут самая обширная - от Владивостока до Калининграда.
Организационная система проста, но жизненна - ряд мастерских, во главе с мастерами, которые несут пед.ответственность за школьников (примерно 50 % от состава) и 50% из студентов (за этих они ответственность не несут), соответственно, есть программа, которую они обязаны выполнить (хотя программа человек может приезжать как на цикл - т.е. неделю, так и на все три цикла - т,е. на 3 недели). Однако сама мастерская  имеет в своей программе достаточно дыр для того, чтобы ее участники могли посещать то, что им также интересно, а расписание составлено  так, что на золотые лекции (т.е. лекции для всего лагеря) могут придти все мастерские. При мне золотые лекции проводил замминистра образования  и
 это только за два дня.

Однако кроме этих мастерских существует огромное количество мини-мастерских, групп, мастер-классов, показов фильмов и из обсуждений, которые составляют невороятно подвижную и невероятно интересную флору.
При этом лагерь не имеет четкого политического заказа, - сюда приезжают прочитать лекции и нашисты с Селигера и резкие антипутинисты в майке "Оккупай Селигер". Т.е. по форме это не анти-Селигер, но по духу это именно он. Почему*?

Как человек, который выступал и там и там, могу ответить: вот почему. 
1) Во первых лагерь живет не то, чтобы бедно, но скромно - это правильное слово. Ясный показатель - это не раздражает местных. Душ в армейских палатках, приготовление еды на костре, дощатые туалеты, в отличие от Селигера где невооруженным глазом было видно СКОЛЬКО сюда закопано денег (вроде плазменных панелей привязанных к сосне или искусственного ледяного катка).
2) В лагере "Русского репортера" есть совершенно конкретные нравственные правила. И есть их носитель - Григорий Тарасевич, редактор отдела науки "Русского репортера".  При том, что мягкий такой, интеллгентный человек, но именно он сделал так, что когда идешь по лагерю, люди тебе улыбаются и говорят "Доброе утро", он выгнал руководителей одной из мастерских за пьянку, так что не смотря на всю гибкость структуры анархии в лагере как раз нет.
Мне было дико грустро уезжать из лагеря "Русского репортера", мы встречаемся с Тарасевичем в конце сентября, чтобы обсудить создание в лагере исторической мастерской на следующий год  и я обязательно пошлю своих детей в лагерь "Русского репортера", там их хорошему научат.

Фотки:


Я ехал в лагерь достаточно извратным маршрутом - через Бологое, от Болгое до Максатихи ползет вот такая вот электричка в один вагон.

В Максатихе старый вокзал.

Там даже стоит такая старая печка.

Общий вид вокзала

Максатихинский район, кстати, родина нескольких певческих коллективов, которые занимают места на всероссийских конкурсах.

Местная администрация, напротив - ресторан "Молога", где можно отлично поесть за 150 руб.

Мастерская соцнаук.

Collapse )

Объявление на мою лекцию.