February 28th, 2010

Валаамские списки

Итак, экспедиция в Карелию, за Валаамскими списками состоялась, что за Валаамские списки такие, можно прочитать здесь

russianmemory.ru/myresearches/tajna-ostrova-valaam/valaamskie-spiski/



 
а здесь можно посмотреть репортаж "Вестей-Карелия" о моей экспедиции и зачем это было нужно
 Ну а тут немного про лирический момент экспедиции:

всего одна ночь и 1000 рублей и вы в краю высоких сосен, хрустящего снега, широких заснеженных рек и поездов из двух вагонов. 
 так хранят уголь для печи в патриархальном крошечном поезде Лодейное поле - Янисъярви, том самом, на котором мы в далёком 2003-ем ехали в Сортавала в нашей первой свободной экспедиции

 вот и посёлок Видлица Олонецкого района.
 послевоенная "обложка" для личного дела.
ветеран войны (а ветерану - 25 лет!) - без ног просит директора интерната отпустить его в отпуск домой. "прошу отпустить домой станция Новые Пески, деревня Улялега, хочу сдать дом на сельский совет и надо доски прибить к окнам. Просится на 4 дня. "Прошу не отказать мою просьбу" - так тогда заканчивали почему то все официальные ходайтайства.
 а это А это уже 70-е: родственники успокаивают искалеченного старика - оставленного в доме инвалидов на острове Валаам. Больше всего он волнавался, когда уезжал - о своей собаке Шарике.

Не расстраивайся, дядя Вася.Кушай. Шарику хорошо. Нашейник (ошейник) Женя уже наладил. Шарик ходит (в) лес.



Директору Валаамского дома интерната  Титову

от........инвалида войны (имя стёрто на фото мной)
Объясняюсь в том, что продано у меня 8 вещей: брюки хб, простынь хб, тужурка, фуфайка, пинджак, рубашка, носки. За это всё прошу вас меня простить и в дальнейшем прощу простить. Даю инспектору по трудоустройству слово в письменном виде, что больше этого не допущу и прошу вас выслать мне костюм шерстяной как выдавали ветеранам войны.

В чём прошу, т.директор, Вас не отказать.   3 октября 1952 года.

Бедные, искалеченные люди, махнувшие на себя рукой, оставшиеся умирать без рук и без ног на суровом гранитном острове в суровое время. Одни заводили семьи, другие спивались, третьи вешались - сколько таких историй промелькнуло передо мной в эти два дня в этом карельском доме престарелых на 500 человек.

Ночевал я тоже там же. Это был уже не остров - а посёлок Видлица, на берегу Ладожского озера. Утром меня разбудил разговор двух старых бабок на карельском в коридоре, послышался стук - одна из них упала. "Бабушка, вставай!" - подбежала медсестра. Я старался не выходить в корридор. Там, словно замороженные, сидели на одном месте 2 старика на инвалидной коляске, проходя мимо корридора я невольно заглядывал внутрь комнат: кто-то апатинчо лежал, кто-то сгорбившись хлебал суп, привезённый медсестрой. Где-то сильно несло мочой, где-то почти не пахло.

Это был хороший дом престарелых - на 500! человек. Здесь ничего не текло, никто никого не бил, ничего не забирал. Но энергетика была ещё та, конечно...отчаяния, безысходности и полного краха всех надежд, жизни, непонятно за что, непонятно зачем, повернувшей не туда, в тупик...